евро еще не мертв, а Европа, возможно, уже да, считает главный редактор французского журнала Le Point Эрве Гатеньо, пишет InoPressa.

"Увы, не надо быть нобелевским лауреатом по экономике, чтобы понять, что банкротство не угрожает Греции, а она уже - банкрот. Многие комментаторы делают вид, что Доминик Стросс-Кан сказал что-то ужасное, предложив списать греческий долг, но на самом деле об этом говорят - конечно, шепотом - все политические лидеры по всей Европе. Поэтому встает вопрос, может ли Европа еще сделать что-то, чтобы воспрепятствовать этому процессу, или финансовый кризис уже продемонстрировал политическое банкротство", - отмечает Гатеньо.

По мнению Гатеньо, тяжелое положение Греции вызвано сегодняшним расколом в Европе и предшествующим попустительством, когда всем было наплевать, что Греция "увязает в коррумпированной и безответственной системе", и никто даже не пытался бороться с налоговыми нарушениями и теневой экономикой. По словам журналиста, великая европейская мечта "обернулась кошмаром".

- Максим Блант: Если завтра дефолт

"На протяжении многих лет европейское строительство представлялось гражданам как политический идеал. Все возражения отметались во имя прогресса и единомыслия, а противники дальнейшего расширения ЕС низводились в ранг ретроградов-обскурантистов, неспособных понять, что для них лучше. В результате во имя единомыслия мы перешли от единого рынка к единой валюте. Общественные мнения были поставлены перед свершившимся фактом. А теперь им объясняют, что катастрофу можно было предвидеть. Удивительно еще, что гнев жителей Греции или Испании не принимает более резких форм", - полагает Гатеньо.

Прекрасная европейская утопия дискредитирована, констатирует автор статьи. "Европейские народы больше не хотят быть вместе и в радости, и в горе, - пишет издание. - Как в басне "Стрекоза и муравей", немцы, финны, голландцы (а также французы) отказываются расплачиваться за безумства греков. Как их можно за это упрекать? По логике, все должно было бы закончиться выходом Греции из еврозоны. Или выходом Германии. В обоих случаях спасение евро рискует стать первоочередной задачей по сравнению с укреплением Европы. И решение принимать будут отнюдь не граждане".